ЗЕЛЕНКО Александр Устинович

11(23).10.1871 – 21.07.1953 

Гражданский инженер (архитектор), педагог.
Выпускник ИГИ 1894 г. 

Среди студентов и выпускников Института гражданских инженеров (ИГИ) кроме архитекторов и инженеров, художников и графиков были люди различных профессий и судеб, например депутат Государственной думы монархист Н. Е. Марков 2-й (1866–1945), ставший в свое время символом реакции для всей России; знаменитый кинорежиссер С. М. Эйзенштейн (1898–1948), поставивший революционный (и по содержании, и по новаторским приемам) фильм «Броненосец „Потемкин“», и др. Кстати, отец последнего — директор Департамента путей сообщения Лифляндской городской управы действительный статский советник М. О. Эйзенштейн (1867–1921), один из корифеев рижского модерна, который спроектировал, по различным данным, от 15 до 53 домов в Риге, — тоже наш выпускник.[1]
Были и выдающиеся педагоги, музеологи. Выпускник ИГИ Александр Устинович Зеленко (1871–1953) — российский, советский инженер-архитектор и педагог, разночинец-демократ по убеждениям. Вел активную педагогическую работу, внес большой вклад в разработку теории и практики политехнического образования, одним из первых поставил проблему создания специальной архитектуры для детей.
Строил в Самаре, Москве и Сакраменто (Калифорния, США) здания в русско-византийском стиле и стиле «северный модерн», получившем развитие под влиянием шведской и в особенности финской архитектуры национального романтизма. Сотрудничал с педагогом С. Т. Шацким[2] в организации подростковых клубов. Зеленко — автор идеи и проекта Детского дворца (Дворца-музея ребенка), один из организаторов первых внешкольных детских учреждений в России, инициатор создания общества и особого детского поселка с собственными правилами «Сетлемент»,[3] открыл первый в России клуб для детей с тем же названием. После 1917 г. — организатор музеев, просветитель.[4] Как архитектор проектировал типовые народные дома, доходные дома и дачи.
Вообще Александр Устинович Зеленко в своей разносторонней деятельности архитектора, педагога и музеолога по праву может быть охарактеризован почетным определением «первый». Можно сказать, что он был первым во всем: большинство его построек, организованных им детских учреждений и разработанных воспитательных и музейно-педагогических идей и проектов появились в России впервые. В избранных им направлениях творчества он был несомненным новатором.

Начало биографии. Родился Александр Устинович в Петербурге (по другим сведениям, в Москве, а затем переехал с семьей в Петербург) 11 октября 1871 г. в дворянской семье профессора Военно-медицинской академии. Окончил Кадетский корпус[5] и в 1894 г. — Институт гражданских инженеров в Петербурге[6] со званием гражданского инженера. В течение года слушал курс лекций по строительному делу и архитектуре в Высшем политехническом институте Вены (Австро-Венгрия), где стал сторонником нового архитектурного стиля — сецессион (модерн). Какое-то время работал архитектором Мальцовских стекольных заводов в Орловской губернии, затем, по некоторым данным, два года — в Турции.[7]

 

Самарский период. Недолгий, но яркий и плодотворный

Городской архитектор Самары. Через три года после окончания вуза молодой архитектор переехал в Самару по приглашению Губернской земской управы. В 1897–1899 г. он был заведующим ее дорожно-строительным отделом, а с 1 ноября 1899 по 1 ноября 1900 г. — городским архитектором Самары.
Здесь он прожил более трех плодотворных лет. Первые самарские работы архитектора — трехэтажное здание Губернской земской управы на Челышовской улице (1899–1900, ныне ул. Фрунзе, 116) и реконструкция двухэтажного здания Русского торгово-промышленного банка (1900, Пионерская ул., 48/55) были выполнены в традиционном направлении эклектики (историзм) — русско-византийском стиле (ярко красный кирпич, белокаменные детали, окна, обрамленные резными каменными наличниками со стрельчатыми завершениями, «гирька»,[8] свисающая в середине каждого окна).
Губернская земская управа функционировала в построенном по проекту А. У. Зеленко здании до 1917 г., в 1919 г. здесь расположился штаб 4-й армии и Южной группы войск Восточного фронта Красной Армии с кабинетами командующего Южной группой М. В. Фрунзе и члена Реввоенсовета В. В. Куйбышева, в 1920 г. — штаб и управление Приволжского военного округа. В этом здании бывали красные военачальники В. И. Чапаев, В. К. Блюхер, Г. Д. Гай, Д. А. Фурманов, М. Н. Тухачевский. В 1925 г. Челышовской улице было присвоено имя Фрунзе. В 1934 г. в доме № 114 был открыт музей М. В. Фрунзе. Сейчас это объекты культурного наследия федерального значения. В настоящее время в здании бывшей Губернской земской управы находится Самарский колледж строительства и предпринимательства.[9]
В эклектике, но уже с элементами стиля модерн, было спроектировано и в 1900 или 1901 г. построено двухэтажное здание Торгового дома А. Н. Пермяковой и сыновей (иногда упоминается как Торговый дом С. Е. Пермякова — одного из ее сыновей, городского головы Самары[10]) на Соборной улице (ныне Молодогвардейская ул., 70). Его отличают симметричная композиция фасада, сочетающаяся с новаторски трактованными классическими элементами декора, и огромные окна-­витрины, пропорции и очертания которых заимствованы из модерна. Ныне в здании располагается Торговый дом «Русь».

Первое в Самаре здание в стиле модерн. Собственный дом А. У. Зеленко. Первым зданием в стиле модерн в Самаре стал собственный дом (особняк и усадьба) архитектора (1900–1901, Самарская ул., 179). Интересна история согласования проекта в городской управе. Прошение, поданое Александром Устиновичем в дорожно-строительный отдел, подписано им же как городским архитектором.
Внешний облик изысканно-элегантного двухэтажного краснокирпичного здания асимметричной композиции навеян образами средневековых замков (как потом в московских постройках Зеленко). Лаконичный декор здания с укрупненными деталями (что стало характерным в последующем для его творчества) подчеркивает пластику фасада: островерхий фронтон с полукруглым чердачным окошком, тонко прорисованные окна с оригинальными переплетами и балкон, поддерживаемый у парадного входа известняковой колонной с массивным основанием. Арочный вход с балконом является своего рода переходом между ризалитом и кубическим объемом здания. Выделяются навесы и кованые детали, как бы поддерживающие карниз. Массивность стены противопоставлена ажурным металлическим деталям. Небольшие окна в циркульной части разделены маленькой модернистской колонной. Торец здания оформлен еще более скромно.
Достроить особняк Александру Устиновичу не довелось: в конце 1900 г. он оставил службу и уехал в Москву по приглашению архитектора Ф. О. Шехтеля,[11] в будущем тоже автора особняка в Самаре. Незавершенное здание выкупил и достроил самарский архитектор Ф. П. Засухин, на творчество которого Зеленко оказал большое влияние. Вносил ли новый владелец изменения в проект или нет, неизвестно. В здании располагались его квартира и мастерская. В настоящее время здесь работает самарская областная организация Союза журналистов России.[12]

«Жемчужина самарского модерна». Особняк А. П. Курлиной. В 1899–1900 гг. А. У. Зеленко по заказу своего сверстника, молодого самарского миллионера А. Г. Курлина,[13] создал в стиле раннего модерна проект изящного каменного двухэтажного 22-комнатного особняка, построенного в 1903 г. (уже в отсутствие Зеленко) на углу Алексеевской и Саратовской улиц (ныне Красноармейская ул., 15 / ул. Фрунзе, 159). Называвшийся сперва особняком А. Г. Курлина, дом после смерти владельца в 1914 г. стал зваться по имени его вдовы — особняком А. П. Курлиной.[14] Кроме дома на усадебном месте были заложены две надворные службы (постройки), в которых разместились каретник, конюшня, погребица, ледник, дровяник. Все это недвижимое имущество оценивалось тогда в сумму 18 648 рублей — втрое дороже средней цены «богатого дома» в Самаре.
Особняк Курлиной стал самой яркой работой А. У. Зеленко в стиле модерн. «Жемчужина самарского модерна», как его любят называть в Самаре, по праву может считаться одним из шедевров раннего модерна в России.[15] В архитектуру Самары модерн вошел одновременно с появлением первых построек этого стиля в столичных городах именно благодаря творчеству выпускника ИГИ архитектора Зеленко. Среди них первым и наиболее ярким в художественном отношении был особняк Курлиной, который до сих пор считается «квинтэссенцией самарского модерна», одним из наиболее примечательных памятников архитектуры города, хотя в романе А. Н. Толстого «Хождение по мукам» (гл. 10-я 2-й части романа «1918 год») он и назван «нелепо роскошным»…
Самое раннее упоминание особняка в научной литературе как памятника эпохи модерна относится к 1971 г. (Е. А. Борисова, Т. П. Каждан), затем к этой теме обращались Е. И. Кириченко (1978), В. В. Кириллов (1979), А. И. Власюк (1983), Н. В. Мельникова (1991), Е. Г. Борисова, Г. Ю. Стернин (1994). И он действительно заслуживает внимания.
Дом Курлиной характеризуют свойственные модерну асимметричная композиция, естественное и свободное размещение внешних объемов, массивность стен и подчеркивающие ее ажурные металлические детали, выразительный и запоминающийся декор фасадов с укрупненными деталями, разнообразными по форме и размерам окнами, дверями, балконами; новизна и удобство внутренней планировки с преобладанием просторных комнат. Особняк украшают белая женская головка в профиль (хозяйки дома А. П. Курлиной) на фронтоне, остекленный подъезд с кованой решеткой и растение с длинными текучими стеблями над угловым окном эркера, голубая изразцовая плитка и зеленовато-изумрудная майолика. Лепной орнамент, кованые металлические решетки в виде стилизованных крыльев бабочки, стрекоза на крыше и ажурные ворота придает ему неповторимость и воздушность. Сложная гармоничная композиция здания создает живописность и выразительность фасадов. Это подчеркивается окнами 27 типов, их размерами и конфигурацией, свободным расположением на разных уровнях (южный и северный фасады). Применение новых материалов для декора — изразцовой плитки, кованого металла и лепного орнамента формирует индивидуальный облик особняка. Стилизованный мотив бабочки использован автором для решетки ограждения и створок ворот.
Внутренняя планировка дома отвечает новым представлениям того времени о комфортном быте и характеризуется компактной центричностью: центром пространства особняка является холл, вокруг его вертикальной оси в двух уровнях скомпонованы все 22 комнаты, которые соединяется одиннадцатью различными дверями. Квадратные комнаты сочетаются с прямоугольными, малые — с большими. Из их разновеликих объемов архитектор создал единую цельную асимметричную объемно-пространственную композицию особняка. Каждая из комнат имеет свой художественный образ. На второй этаж ведет узорная кованая металлическая лестница.
Функциональное назначение большинства комнат подчеркнуто художественным оформлением интерьера с разнообразными декоративными элементами. Здесь проявилось внимательное до мелочей отношение Зеленко к материалу, который в модерне является не только практическим (конструктивно-строительным), но и художественно-эстетическим средством. В особняке Курлиной представлена широкая палитра материалов для декоративного оформления интерьера: зеркальное стекло и дерево (дуб); черный металл, глуховато-золотистые бронза, латунь и красная медь; огнеупорный глазурованный кирпич, гранит и гладкий мрамор; лепной декор и фактура штукатурки. Сочетание плитки по фактуре и сопоставление ее по цвету (в гостиной), различный в каждой комнате рисунок наборного паркета — все подчеркивает индивидуальный художественный образ помещений. Например, в самой маленькой парадной комнате особняка — будуаре хозяйки — сконцентрированы свойственные модерну художественная стилизация и синтез искусств: витраж, живопись, паркет, лепной декор. Последний особенно выразителен — фантастическое переплетение длинных гибких стеблей орхидей по периметру стен и потолка как бы обрамляет парящую женскую фигурку («нимфу», лепилась с хозяйки дома) с «золотым» веночком на груди, окутанную тонким прозрачным покровом в виде крыльев легкой бабочки. Интимность будуару придавал витраж окна и локальное освещение.
Удобство и комфортабельность дома были обеспечены инженерными коммуникациями. В год постройки он был подключен к городскому водопроводу; имел передовую по тому времени систему отопления горячим воздухом, циркулирующим внутри стен по каналам, выходящим внутрь комнат. Естественная вентиляция дома осуществлялась, видимо, по тем же каналам. Дом отапливался мазутом, хранившимся в большом резервуаре под лестницей, ведущей в подвал. В особняке имелась канализация (подземная емкость посреди двора). Комнаты освещались электричеством, были оснащены жалюзи, прикрытыми никелированными декоративными прорезными решетками различной величины. Ванные комнаты сверкали светлым кафелем, кухня — золотистой бронзой. Хозяева дома были одними из первых абонентов самарской телефонной станции.
Дом Курлиной сразу стал украшением города, о чем свидетельствуют, в частности, почтовые открытки из серии видов Самары с его фотографией, выпущенные в 1905, 1906 и в период между 1908 и 1914 гг. Не обошлось, как всегда, без ошибок. На одной из них (№ 28) в надписи над фотографией вместо дома Курлиной на Алексеевской (ныне Красноармейская) улице ошибочно указан дом А. П. Неклюдина (построенный на самом деле на Заводской улице (ныне ул. Венцека, 50) городским архитектором Самары (1889–1899) А. А. Щербачевым (1858–1912) — предшественником А. У. Зеленко на этом посту). Существует другая открытка под тем же номером (№ 28) и с той же фотографией, но с правильной надписью («Д. Курлина»). Каждое десятилетие на свет появлялся новый снимок особняка, в том числе в связи с постройкой в 1902–1906 гг. рядом с ним каменного римско-католического храма Пресвятого Сердца Иисуса в стиле неоготика по проекту московского архитектора Ф. О. Богдановича-Дворжецкого (ул. Фрунзе, 157). Храм также известен как Польский костел (в самарской католической общине главным образом были поляки). Строительство велось под руководством А. А. Щербачева.[16] На фотографиях костела на переднем плане запечатлен особняк Курлиной.
Особняк А. П. Курлиной иногда сравнивают с другим шедевром раннего русского модерна — особняком С. П. Рябушинского в Москве (ныне мемориальный дом-музей А. М. Горького), построенным в 1900–1903 гг. по проекту Ф. О. Шехтеля. Несмотря на наличие сходных черт между зданиями, в основном самарские исследователи считают, что зодчие создавали проекты независимо друг от друга, хотя существует и противоположное мнение.[17]
Во время Гражданской войны дом Курлиной был занят контрразведкой армии белочехов, на четыре месяца захвативших город (8 июня – 7 октября 1918 г.). В подвале держали арестованных, был устроен застенок, производились расстрелы. После того, как чехи покинули город, подвал использовался с той же целью Красной Армией. С 1919 по 1924 г. здание занимали: Самарский губернский отдел труда, Музей охраны труда и гигиены и Биржа труда; с конца 1920-х гг. — окружком ВКП(б) и Историко-революционный музей, затем детский сад № 46. В 1940 г. в подвале дома открылся филиал Музея революции. В Великую Отечественную войну, с 1941 по 1943 г. — в период эвакуации дипломатического корпуса из Москвы в Куйбышев (как тогда называлась Самара), в здании размещалось посольство Королевства Швеция (на это время подвал дома был закрыт). По воспоминаниям шведского дипломата Сверкера Острема, находившегося в это время в составе миссии в Куйбышеве, «По всеобщему мнению, Швеция получила самый хороший дом».
В 1943 г. в особняк вернулся детский сад № 46. В 1966 г. зданию присвоен статус памятника истории. В начале 1970-х гг. детсад получил новое помещение, и с 1973 г. особняк находится на балансе областного Музея краеведения. некоторое время дом занимал областной Отдел народного образования. В 1987 г. особняку Курлиной был присвоен статус памятника архитектуры, в 1995 г. по указу Президента РФ Б. Н. Ельцина «Усадьба Курлиных» получила статус памятника истории и культуры федерального значения. С 1989 г. это филиал Самарского областного историко-краеведческого музея им. П. В. Алабина. Здание реконструировалось в 1980-х гг., затем в 2008 г. В ходе реставрации 26 декабря 2008 г. произошел сильный пожар. С декабря 2012 г. в особняке А. П. Курлиной открыт Музей модерна.[18]
В Самаре знают и помнят городского архитектора А. У. Зеленко, чьи постройки украшают город. Отметим также, что он был не единственным выпускником ИГИ среди городских архитекторов Самары. За период с 1871 по 1918 г. (47 лет, вероятно, наиболее плодотворных для городского строительства в Самаре) из 11 городских архитекторов шесть (54,5 %) были выпускниками нашего вуза (Строительное училище — СУ, с 1882 г. Институт гражданских инженеров — ИГИ): Н. Ф. Теплов (выпускник СУ 1857 г.) — городской архитектор в 1871–1874 гг., Я. В. Кривцов (СУ, 1876 г.) — в 1880–1881 гг., К. Д. Гордеев (СУ, 1881 г.) — в 1881–1888 гг., А. У. Зеленко (ИГИ, 1894 г.) — в 1899–1900 гг., Ф. В. Черноморченко (ИГИ, 1896 г.) — в 1901–1910 гг., Д. А. Вернер (ИГИ, 1896 г.) — в 1910–1916 гг. Они проработали на этом посту совокупно 33 года (70,2 %).[19]

 

Московский период. До революции

Павильоны Международной выставки в Глазго. Самарская карьера А. У. Зеленко складывалась удачно: он был преуспевающим зодчим, занимал должность городского архитектора, строил собственный особняк... Но в конце 1900 г. зодчий внезапно оставил службу, продал недостроенный особняк и переехал в Москву, вероятно, по творческим мотивам. Там он вместе с Ф. О. Шехтелем, который и пригласил его в Москву, работал над павильонами русского отдела Международной промышленно-художественной выставки 1901 г. в Глазго,[20] ездил в Великобританию, где вел надзор за возведением выставочных павильонов на месте. Вместе со своим сверстником архитектором И. А. Фоминым[21] участвовал в организации Первых Женских строительных курсов в Москве,[22] открывшихся в 1902 г.

Имитация природы в изысканном декоре. Доходный дом О. П. Коробковой. По-видимому, первой собственно московской работой А. У. Зеленко (не считая павильонов для Глазго) было его участие в 1902–1903 гг. в строительстве по проекту архитектора А. Ф. Мейснера[23] шестиэтажного доходного дома О. П. Коробковой с башней и элементами модерна на Тверском бульваре, 6. Он же известен как Дом Ярославской мануфактуры и Дом Санкт-Петербургского общества страхования. В 1906–1917 гг. здесь находилось издательство братьев Сабашниковых. В его изысканном декоре было много украшений в виде ласточек, драконов, спящих сов, над башней — орел или ангел. Как писали тогдашние журналы, дом «вышел за рамки архитектуры, переместившись в область имитации природы».[24] В конце октября – начале ноября 1917 г. в результате шестидневных боев за Москву между советскими (большевистскими) и верными Временному правительству войсками, в ходе которых большевики применяли артиллерию и пострадал Московский Кремль, это здание полностью выгорело. Пустая домовая коробка стояла до 1924 г., когда дом был перестроен в упрощенно-конструктивистском духе, башня и первоначальный декор утрачены. Сейчас здесь располагается ОАО «Внешстройимпорт».

«Здание резко выделяется среди окружающих его скромных построек…» Коммерческое училище цесаревича Алексея. В 1902–1904 гг. на средства, собранные купцами, банкирами и промышленниками Москвы, в Замоскворечье в Стремянном переулке по проекту А. У. Зеленко построено неоклассическое по стилю здание мужского среднего Коммерческого училища цесаревича Алексея Московского общества распространения коммерческого образования. В середине здания через два верхних этажа протянулся рекреационный зал с легкой стеклянной крышей. По мнению современника, «здание резко выделяется среди окружающих его скромных построек своим красивым и оригинальным фасадом и обширностью своих размеров». Ныне это 1-й корпус Российского экономического университета (РЭУ) им. Г. В. Плеханова.
В 1906 г. неподалеку, на улице Зацепа, было открыто женское среднее Коммерческое училище Московского общества распространения коммерческого образования с церковью Пресвятой Богородицы «Взыскание погибших». Здание и пристроенная к нему церковь возведены в 1904–1905 гг. по проекту выпускника ИГИ 1893 г. известного архитектора Н. Л. Шевякова, вероятно, при участии С. У. Соловьева, А. В. Щусева, П. А. Заруцкого и А. У. Зеленко. На базе этих двух средних коммерческих училищ, находящихся практически на одной территории, в 1907 г. по инициативе председателя упомянутого общества — предпринимателя и финансового деятеля А. С. Вишнякова — был создан Московский коммерческий институт Московского общества распространения коммерческого образования (ныне РЭУ им. Г. В. Плеханова). В 1909 г. Зеленко построил Приготовительные классы этого Института с оградой.

Первая поездка в Америку. В 1903–1904 гг. А. У. Зеленко уехал за границу, совершив двухлетнее путешествие по Индии, Австралии и Америке. В США около двух лет работал на стройках, интересовался постановкой воспитания и обучения детей. Познакомившись за рубежом с «культурными поселениями» (сеттльментами) — культурными обществами и воспитательными учреждениями для проведения в них просветительской работы среди бедных слоев населения, — Зеленко загорелся идеей осуществить подобный опыт на родине. Вкус к преподавательской деятельности у Александра Устиновича проявился еще тогда, когда он, переехав из Самары в Москву, вел уроки рисования в московской гимназии (1900–1903). По-видимому, в Америке он принял решение посвятить жизнь просвещению, что не мешало ему оставаться замечательным архитектором.

Редкие памятники «северного модерна» в Москве. Доходный дом П. В. Лоськова. Вернувшись в Россию, Александр Устинович сблизился с кружком педагогов С. Т. Шацкого и, используя опыт американских общественных и кооперативных организаций, основал вместе с Шацким и Л. К. Шлегер[25] первую летнюю трудовую колонию (лагерь-коммуну) для детей рабочих в Щелково под Москвой (1905).
Одновременно, не оставляя архитектурной деятельности, А. У. Зеленко в 1904–1905 гг. совместно с преподавателем ИГИ архитектором Р. Р. Марфельдом,[26] который когда-то, как позднее и сам в Зеленко, учился строительному делу в Вене и тоже был мастером модерна, создал проект кафедрального собора для грузинского города Поти. В 1905–1906 гг. Зеленко построил в Москве доходный дом крестьянина П. В. Лоськова (Мансуровский пер., 4, стр. 1). Здание, напоминающее средневековый замок, первоначально было покрыто грубой штукатуркой «под шубу». Сейчас эта отделка утрачена, ее заменила гладкая штукатурка. В 1916–1926 гг. этом доме жил генерал А. А. Брусилов. Ныне его занимает посольство Сирии.

Первый в России детский сад. Игрушечный замок «Сеттльмент». Молодой педагог С. Т. Шацкий, вдохновленный, как и А. У. Зеленко, примером американских сеттльментов, начал вместе с Зеленко внедрять подобную воспитательную систему в России. Александр Устинович после своего заграничного путешествия также был увлечен идеей организации просветительских центров, подобных американским. В 1905 г. они приступили к созданию в Москве детских садов — подростковых клубов, расположенных на окраинах города и предназначенных для детей и молодежи из необеспеченных и малокультурных слоев населения.
Первый в России такой детский сад был создан ими в Москве в годы Первой русской революции на пересечении Вадковского переулка с Тихвинской улицей (оба топонима сохранились). В то время это было далекой рабочей окраиной к северо-западу от складывавшегося культурного центра Миусской площади (сегодня входит в Центральный административный округ Москвы). Оба педагога стояли у истоков создания Воспитательного центра для детей рабочих окраин, названного ими «Сеттльментом». Это было учреждение нового для России типа. Как архитектор Зеленко был также автором оригинального проекта, инициатором и руководителем строительства здания для «Сеттльмента». На средства (около 40 тыс. рублей), собранные среди владельцев крупных предприятий — братьев Сабашниковых, Кушнеревых, Морозовой, и в первую очередь у богатого предпринимателя Н. А. Второва,[27] они приобрели участок в Вадковском переулке. В 1905–1907 гг. Зеленко построил на нем по своему проекту оригинальное и довольно необычное для Москвы здание в стиле «северного модерна» — детский клуб общества «Сеттльмент» (позднее Общество «Детский труд и отдых»).
Причудливой формы здание «Сеттльмента» (Вадковский пер., 5, стр. 1), признанное шедевром московского экспрессионизма, — редкий для Москвы памятник «северного модерна». Эта ветвь модерна, ярко проявившаяся в начале ХХ в. в Петербурге, территориально близком к Финляндии, почти не заявила о себе в Москве, что придает постройкам Зеленко, в первую очередь в Вадковском переулке, особую ценность. Построенное как «обитаемая скульптура», лишенное внешних украшений, здание клуба сравнивается критиками с работами знаменитых европейских архитекторов — испанца Гауди́[28] и австрийца Хундертвассера.[29] Оно будило у детей романтические мечты, воображение, фантазию, вводило их в сказку. Внешне здание напоминало игрушечный замок с оправленными в темное дерево окнами, внутри были винтовые лестницы, площадки, уголки, которые можно использовать для игр. На крыше размещалась настоящая астрономическая обсерватория с вращающимся металлическим куполом и телескопом-рефрактором. Это необычное детское учреждение и оригинальное здание для него пробрели широкую известность в Москве и сегодня считаются выдающимся памятником не только архитектуры, но и истории педагогики и культуры.
Поздней осенью 1907 г. в нем начали действовать детские кружки фотографов, астрономов, учебные классы, мастерские, библиотека, обширный кинозал, небольшие театр и народная обсерватория под руководством С. Т. Шацкого. Был свой хор, осуществлялись театральные постановки. Самым оживленным помещением в доме стала большая комната с различными приспособлениями для ручного труда, где мастерились компасы, звонки и другие механизмы. В необычном доме в Вадковском переулке объединились «Дневной приют для приходящих детей Сущевского попечительства о бедных», детский сад, «Частное учебное заведение III разряда для лиц обоего пола Л. К. Шлегер» (фактически двухгодичное городское училище с совместным обучением для детей до 14 лет), кабинет врачебной помощи, «Ремесленные курсы, разрешенные на имя архитектора А. У. Зеленко» (профтехучилище широкого профиля с числом учащихся до 200 человек), клубы для подростков, куда приходили молодежь и взрослые с окрестных предприятий.
«Cеттльмент» совмещал функции детского сада для бедных, начальной школы для детей рабочих и ремесленного училища. Ученики «Сеттльмента», который функционировал на основе самоуправления, были организованы в группы по 12 человек (мальчики и девочки раздельно); каждая группа самостоятельно планировала учебную программу и вырабатывала собственные правила поведения. Зеленко организовал при клубе курсы для подростков, находящихся в ученье у мелких хозяев-ремесленников. Лицензия на образовательную деятельность была оформлена лично на «А. У. Зеленко, архитектора». Финансировала «Сеттльмент» крупная буржуазия, которая находила для себя вполне приемлемым создавать учреждения, стоящие вне курса казенной педагогики.[30]
Несмотря на то, что Шацкий и Зеленко намеренно сторонились политики, 1 мая 1908 г. «Сеттльмент» был закрыт за «попытку проведения социализма среди детей» в связи́ с использованием детского самоуправления. Шацкого и Зеленко арестовали, но за отсутствием состава преступления вскоре выпустили. Как считал Зеленко, среди сотрудников «Сеттльмента» были эсеры, которые устроили в доме в Вадковском переулке явку и, таким образом, подставили его под удар. По другой версии, Зеленко арестовали по подозрению в свя́зи с революционным подпольем.

Вторая поездка в Америку. После двухмесячного ареста Александр Устинович опять отправился в США, где в том же году выстроил экспрессионистскую виллу в г. Сакраменто (1908).

Последующая судьба «Сеттльмента». С. Т. Шацкому через год удалось добиться возобновления преподавательской деятельности в Вадковском переулке, хотя и в ограниченном объеме — разрешили только детский сад и начальную школу. Общество, которое теперь называлось «Детский труд и отдых», продолжало традиции «Сеттльмента». Незадолго до революции Шацкий получил правительственную поддержку — Министерство народного образования ассигновало деньги на поддержание всех учреждений «Детского труда и отдыха». На эту субсидию здесь были открыты слесарная, столярная и швейная мастерские. После революции Общество «Детский труд и отдых» было преобразовано в «Первую опытную станцию по народному образованию», деятельность которой постепенно сошла на нет. Дольше всего — до начала 1930-х гг. — просуществовал астрономический кружок.
После Великой Отечественной войны в здании бывшего «Сеттльмента» находился Дом пионеров. В середине 1990-х гг. был проведен капитальный ремонт дома, исказивший его первоначальный облик. Само здание сохранилось, однако внешние кованые светильники утрачены, а первоначальную отделку грубой штукатуркой «под шубу» грязновато-серого цвета сменила гладкая штукатурка (как и в доме Лоськова). Сейчас этот памятник архитектуры превращен в офисное здание с пластиковыми окнами, которое занимают различные организации.[31]

Просветительская деятельность. Вернувшись из Америки в Москву, А. У. Зеленко также принял участие работе Общества «Детский труд и отдых». В 1905–1909 гг. (с перерывом на отсидку и поездку в Америку) он преподавал на Пречистенских рабочих курсах и в воскресных рабочих школах, сотрудничал в журналах «Свободное воспитание» и «Для народного учителя». В 1911–1917 гг. он читал лекции в университете А. П. Шанявского в Москве по курсам: обзор новейших школ Западной Европы; духовное развитие детей в связи с детским чтением; физическое развитие детей в связи с подвижными играми и гимнастикой; общественное воспитание детей (детские кружки, клубы); рассказывание и литература дошкольного возраста; иллюстрирование детских книг, и др.

Одно из самых ярких и своеобразных зданий Хамовников. Кельинский детский сад. В 1910–1911 гг. А. У. Зеленко совместно с более молодым выпускником ИГИ (1897) архитектором И. И. Кондаковым[32] выстроил на углу Большой Царицынской улицы и Большого Трубецкого переулка (ныне угол Б. Пироговской ул. и пер. Хользунова) одно из самых ярких и своеобразных зданий дореволюционных Хамовников (район Москвы) — новый частный Универсальный городской детский сад. Как и «Сеттльмент», это было учреждение нового для России — просветительского — типа. Идейным вдохновителем и консультантом при планировании, строительстве и обустройстве нового воспитательного учреждения был С. Т. Шацкий.
Строился детский сад на пожертвования овдовевшего статского советника Виктора Федоровича Кельина в память об умершей жене Ольге Николаевне Кельиной (1861–1910), мечтавшей о подобном заведении для детей из бедных слоев общества, но не дожившей до его открытия. Детский сад был открыт в годовщину ее смерти и в дальнейшем (до революции) функционировал на средства В. Ф. Кельина. Открытие этого воспитательного учреждения явилось значительным событием для Москвы в 1911 г.
Выпускник и кандидат права Московского университета В. Ф. Кельин (1856–1920) работал в торгово-промышленных фирмах «А. Трапезников и Кº» (1893–1903), Ю. С. Нечаева-Мальцова[33] (1898–1915, был управляющим его московской конторой), в Совете Московского общества призрения, воспитания и обучения слепых детей (1894–1918), в Совете Торговой школы им. Алексеевых (1897–1905), был попечителем Городского Мазуринского дома[34] и Кельинского детского сада. Поддерживал деловые отношения с инициатором и первым директором Музея изящных искусств императора Александра III при Московском университете (ныне Государственный музей изобразительных искусств им. А. С. Пушкина) И. В. Цветаевым — отцом поэтессы Марины Цветаевой. Отец литературоведа-испаниста и переводчика Ф. В. Кельина.[35]
Можно предположить, что выбор Кельиным, служившим у Нечаева-Мальцова, который с 1880 г. владел по наследству стекольными фабриками и заводами в различных губерниях России, в том числе в Орловской, в качестве архитектора именно Зеленко, связан не только с тем, что тот уже имел успешный опыт строительства «Сеттльмента» и организации в нем педагогической деятельности, но и с тем, что Александр Устинович одно время работал на Мальцовских стекольных заводах в Орловской губернии.
Кельинский детский сад был уже вторым после «Сеттльмента» оригинальным зданием в стиле модерн, построенным Зеленко в Москве специально для детского учреждения. Здание детского сада необычной конструкции с высокой башней обсерватории было спроектировано архитектором в более сдержанном (в сравнении с «Сеттльментом») неоклассическом направлении модерна, напоминающем «брюссельский модерн», родоначальником которого является Виктор Орта.[36] Зданий такой стилистики в Москве немного. На плоском фасаде с высоким ступенчатым аттиком,[37] украшенным гербом Москвы, над колоннами перед входом, было написано: «Универсальный городской детский сад в память Ольги Николаевны Кельиной».
Учреждение стало настоящим педагогическим и культурно-просветительским центром Хамовнического района. Здесь был устроен детский сад для работающих матерей; прекрасная детская библиотека-читальня и музей детских игр, книг и картин; класс хорового пения и элементарной теории музыки; детская астрономическая обсерватория (как и в «Сеттльменте»). Обучение в Кельинском детском саду было бесплатным. При приеме предпочтение отдавалось детям из наименее обеспеченных семей. Работали два отделения: младшее (для детей 6–7 лет) и старшее (для детей 7–8 лет), численность групп составляла 16–20 человек. Прекрасное оборудование помещений, хорошая мебель, игрушки, материалы, великолепные условия для занятий музыкой и подвижными играми — все это заметно выделяло детский сад из ряда других дошкольных учреждений того времени. А главные принципы, которых придерживалось его руководство — не только и не столько накопление знаний ребенком, сколько его воспитание, общее развитие и пробуждение интереса к учению, — вызывали пристальное внимание со стороны педагогов, слушателей педагогических курсов, общественных деятелей. Программа детского сада была призвана развить в детях наблюдательность и любознательность, любовь к жизни и всему живому, пробудить в них дух творчества, инициативы, самодеятельности, а также создать в учреждении культурную среду, способную сгладить и устранить нежелательные и дурные привычки. Все это реализовывалось не только в образовательном процессе, но и в различных развлекательных и познавательных мероприятиях: праздниках, экскурсиях, совместной хозяйственной деятельности, а также в свободных занятиях и играх. проводилась и просветительская работа среди взрослых — родителей, воспитателей, слушателей Педагогических курсов: были организованы консультации по вопросам первоначального детского образования и воспитания, читались лекции по астрономии, музыке, гигиене, функционировала воскресная школа для окончивших курс начальных училищ.
После революции 1917 г. детский сад, перешедший в подчинение Московскому отделу народного образования (МОНО), получил статус Центрального детского сада МОНО, позже был приписан к заводу «Каучук». Коллектив учреждения и в первое десятилетие советской власти, вплоть до 1927 г., продолжал вести серьезную просветительскую и исследовательскую работу в сфере новых методов дошкольного воспитания. В конце 1920-х гг. история детского сада обрывается, а в середине 1950-х завершается история и самого́ здания в стиле модерн, пережившего сталинскую реконструкцию Москвы. Оно было поглощено мощным корпусом военно-лечебного учреждения. В 1955 г. на месте Кельинского детского сада построено добротное кирпичное шестиэтажное здание поликлиники Генштаба с высокими потолками, массивными полуколоннами и рустовкой нижних этажей (арх. Н. М. Кузнецов, Б. Пироговская ул., 15/18, стр. 1). При его возведении в угловую часть дома была частично включена более ранняя постройка А. У. Зеленко. Об этом до сих пор напоминает неровный строй оконных проемов первых двух этажей: форма и размер окон угловой части дома не соответствуют его остальным частям.[38]

Шедевр «бионической» архитектуры. Фантастическая дача инженера Р. В. Пфеффера. В 1910–1912 гг. А. У. Зеленко выстроил в Сокольниках (район Москвы) фантастическую деревянную дачу для владельца технической конторы инженера Роберта Васильевича Пфеффера и его супруги Анны Романовны. Дача выделялась из числа загородных построек: здание в стиле модерн («бионическое» направление) с треугольными окнами имело свободную планировку для сохранения всех растущих на участке деревьев и даже включало их в свой интерьер. В то время это был первый и единственный в Москве пример гармоничного «сожительства» архитектуры и природы, можно даже сказать — симбиоза. Сегодня мы назвали бы это «зеленой архитектурой».
По описанию искусствоведа Е. В. Гавриловой, дача представляла своего рода шалаш, живописно окруженный террасами, вознесенный над землей на каменном основании и увенчанный сложной скатной кровлей типа шале́. С помощью наклонного перехода-пандуса к дому был присоединен кухонный флигель. Весьма причудливый образ этого дома походил на свернувшегося кольцом сказочного дракона, голова которого с раскрытой пастью (крыльцо флигеля) расположилась рядом. В даче Пфеффера поражал не только внешний вид, но и интерьер центральной гостиной в духе первобытной пещеры, внутренняя отделка и предметы мебели. Сложенный из огромных необработанных валунов камин напоминал древний очаг, «глазастые» спинки стульев, словно наблюдавшие за людьми, — языческих идолов. Необычным было использование неокоренного дерева, перил антресоли из стволов тонких деревьев с сучьями с одной стороны, выполнявшими роль ограждения. Все детали и предметы быта в этом интерьере подчеркнуто архаичны. Вместе с тем дача Пфеффера была безусловно авангардной и напоминала американское бунгало.[39] Возможно, это отзвук опыта Зеленко в строительстве виллы в Сакраменто в 1908 г.
Эту работу известного московского зодчего называют самым удивительным творением в архитектуре России начала XX столетия, шедевром «бионической (органической)» архитектуры. Среди построек в этом стиле начала ХХ в. в мировой архитектуре отмечают в первую очередь парк Гуэля в Барселоне (Испания), созданный Антонио Гауди.[40] К сожалению, дача Пфеффера не сохранилась, но, по счастью, инженер был активным членом Московского отделения Русского фотографического общества, и оставил нам фотографии своей удивительной дачи (1912).

Неосуществленные проекты. В 1913–1914 гг. совместно с И. И. Кондаковым Зеленко выполнил проекты дома французского консульства в Милютинском переуле, Торгового дома А. В. Михалкова на углу улиц Петровка и Кузнецкий Мост. К сожалению, эти проекты не были осуществлены, вероятно, в связи с началом Первой мировой войны.
 

В советское время

После революции 1917 г. Александр Устинович Зеленко как архитектор вел исследовательскую работу по планировке городов. В 1926 г. он построил в Москве номенклатурный большой шестиэтажный Дом сотрудников ВЦИК на Спиридоновке, 26, в конце 1920-х гг. сотрудничал с архитектором-новатором и педагогом Н. А. Ладовским[41] в разработке концепции «линейного города», в 1933–1934 гг. проектировал и строил жилые поселки в Грузии.
До самой смерти А. У. Зеленко вел научно-педагогическую работу в учреждениях Наркомпроса и Академии педагогических наук (АПН), сотрудничал в журнале «Свободное воспитание» (с 1917 г. — «Свободное воспитание и свободная школа»). В 1919–1931 гг. был сотрудником Музейной комиссии Наркомпроса. Разрабатывал обучающие выставки для детей в рамках т. н. «Музейной педагогики» немецкого музеолога Альфреда Лихтварка.[42] В 1921–1933 гг. был членом Научно-педагогической секции Государственного Ученого совета (ГУС) Наркомпроса, где работал под руководством Н. К. Крупской.

Третья поездка в Америку. По предложению вдовы В. И. Ленина в середине 1920-х гг. А. У. Зеленко совершил третью поездку в США, где ознакомился с опытом организации культурно-просветительских учреждений в рамках кооперативного движения. Для изучения методов внешкольного обучения и воспитания побывал также в Англии, Германии и Японии. Анализ зарубежного опыта и личные впечатления легли в основу его книг. Зеленко издал более десятка научных работ, посвященных народным домам, планировке городов, художественному воспитанию детей.

После войны. В 1947 г. он защитил диссертацию по архитектуре и в 1947–1953 г. работал научным сотрудником Института художественного воспитания АПН РСФСР,[43] директором которого была жена С. Т. Шацкого — В. Н. Шацкая.[44]
Заслуга А. У. Зеленко как ученого — в формулировании необходимых и достаточных строительных стандартов для школ и детских садов, проработка требований к вентиляции, инсоляции, пришкольным участкам. Талантливый архитектор и педагог-новатор, он одним из первых в России поставил проблему создания специальной архитектуры для детей и первым воплотил эту идею на практике в собственных архитектурных проектах и постройках.
Умер Александр Устинович в Москве 21 июля 1953 г. на 82-м году жизни.

 

Проекты и постройки 

  • Здание Губернской земской управы (1899–1900, Самара, ул. Фрунзе, 116);
  • особняк А. П. Курлиной (1899–1903, Самара, Красноармейская ул., 15 / ул. Фрунзе, 159);
  • Русский торгово-промышленный банк (1900, Пионерская ул., 48/55), реконструкция, памятник архитектуры местного значения;
  • собственный дом архитектора А. У. Зеленко (1900–1901, Самара, Самарская ул., 179, достроен Ф. П. Засухиным);
  • Торговый дом А. Н. Пермяковой и сыновей (1900–1901, Самара, Молодогвардейская ул., 70);
  • павильоны русского отдела Международной промышленно-художественной выставки1901 г. в Глазго, совместно с Ф. О. Шехтелем (1901, Великобритания);
  • доходный дом О. П. Коробковой, совместно с А. Ф. Мейснером (?) (1902–1903, Москва, Тверской бульвар, 6);
  • мужское Коммерческое училище цесаревича Алексея Московского Общества распространения коммерческого образования (1902–1904, Москва, Стремянный пер. 28, стр. 1), объект культурного наследия регионального значения;
  • женское Коммерческое училище московского общества распространения коммерческого образования с церковью Пресвятой Богородицы «Взыскание погибших», совместно с Н. А. Шевяковым, С. У. Соловьевым, А. В. Щусевым, П. А. Заруцким (1904–1905, Москва, ул. Зацепа, 41/12), объект культурного наследия регионального значения;
  • кафедральный собор, совместно с Р. Р. Марфельдом (1904–1905, г. Поти, Грузия);
  • доходный дом крестьянинаП. В. Лоськова (ныне посольство Сирии) (1906, Москва, Мансуровский пер., 4, стр. 1), объект культурного наследия регионального значения, отделка стен утрачена;
  • бетонный переход между корпусами доходного дом М. А. Александрова (1906, Москва, Б. Черкасский пер., 6 / 7, стр. 1, 2);
  • детский сад для бедных детей Общества «Сеттльмент» («Детский труд и отдых») (1905–1907, Москва, Вадковский пер., 5, стр. 1), объект культурного наследия федерального значения;
  • ледник и сарай во дворе дома Товарищества И. Д. Сытина (1907, Москва, Тверская ул., 18);
  • вилла (1908, г. Сакраменто, Калифорния, США);
  • здание Приготовительных классов Московского коммерческого института с оградой (1909, Москва, Б. Строченовский пер., 8);
  • Универсальный городской детский сад в память О. Н. Кельиной, совместно с архитектором И. И. Кондаковым (1910–1911, Москва, Б. Пироговская ул., 15), полностью перестроен;
  • дача Р. В. Пфеффера (1910–1912, Москва, Сокольники), не сохранилась;
  • проект здания французского консульства, совместно с И. И. Кондаковым (1913, Москва, Милютинский пер.), не осуществлен;
  • дача Кудрявцевой (1913, Москва, Олений Вал), не сохранилась;
  • проект торгового дома А. В. Михалкова, совместно с И. И. Кондаковым (1913–1914, Москва, ул. Петровка, 5 / Кузнецкий Мост, 5), не осуществлен;
  • образцовые проекты народных домов для разных регионов России, совместно с И. И. Кондаковым (1910-е гг.);
  • Дом сотрудников ВЦИК (1926, Москва, Спиридоновка, 26);
  • небольшие перестройки в доме В. Е. фон Менгден (1926–1927, Москва, Тихвинский пер., 11, во дворе).

 

Сочинения

 

Постройка народных домов в России. М., 1916; Американцы в своих клубах и общественных центрах. М., 1918, 1927; Детские музеи в Северной Америке. М., 1925; Сельские клубы молодежи в Северной Америке. М., 1926; Школьный музей. М., 1927; К проблеме строительства социалистического города. М., 1930; Марш городов: от настоящего к будущему. М., 1930; Строительная работа детей на летней площадке. М.; Л., 1930; Проблема строительства социалистических городов. М., 1930; Город ближайших лет. М., 1930; Детские парки. М.; Л., 1938. 



[1] http://ru.wikipedia.org/wiki/Эйзенштейн,_Михаил_Осипович
[2] Шацкий Станислав Теофилович (1878–1934) — педагог. Родился 13 июня 1878 г. в с. Воронино Смоленской губ. в семье мелкого военного чиновника (делопроизводителя первого пехотного Невского полка, заслужившего потомственное дворянство) Теофила Осиповича Щацкого (1838–1901) и Антонины Клементьевны Шацкой (урожд. Ляхович, 1851–1921). В 1881 г. семья переехала в Москву. Окончил гимназию № 6, учился в Московском университете на механико-математическом факультете, затем на медицинском, потом перешел в Петровскую (Тимирязевскую) сельскохозяйственную академию, решив стать педагогом и взяв для себя в качестве образца школу Л. Н. Толстого в Ясной Поляне. Академию бросил из-за организации вместе с А. У. Зеленко московского общества «Сеттльмент». Официально отчислен из нее через три года со степенью кандидата естественных наук. Обладал хорошим голосом, научился играть на фортепьяно, занимался в классе сольного пения. Будучи студентом университета, поступил в Московскую консерваторию, ездил с концертами по стране, пользовался большим успехом, был приглашен в оперную группу Большого театра, но Консерваторию тоже не окончил.
После революции 1917 г. не сразу стал сотрудничать с советской властью, отказавшись от предложения наркома просвещения А. В. Луначарского войти в руководство Наркомпроса. Затем занимался учебно-экспериментальной деятельностью, разрабатывал проекты целой системы экспериментальных педагогических учреждений, первоначальные контуры которой наметились еще в его дореволюционной работе. В начале 1930-х гг. эта деятельность была признана вредной и ошибочной, запрещены все поиски новых методов обучения и воспитания детей. С. Т. Шацкий был назначен директором Московской консерватории, ввел там преподавание педагогики, организовал при Консерватории школу-интернат для одаренных детей и Школу высшего художественного мастерства (как аспирантуру для исполнителей). Одновременно руководил Центральной педагогической лабораторией Наркомпроса, задачей которой являлось обобщение опыта существовавших в то время опытных и образцовых школ. Скоропостижно скончался 30 октября 1934 г. (http://www.kommunarstvo.ru/index.html?/stoki/stosha.html).
[3] Сетлементустар., правильно: сеттльмент (от англ. settlement: поселение). Хотя, судя по всему, упомянутое детское учреждение и называлось «Сетлемент», мы приведем это название в данной статье к современной норме («сеттльмент»).
[4] http://www.bvahan.com/museologypro/muzeevedenie.asp?li2=3&c_text=12 (Мастеница Е. Н. Детский музей как лейтмотив педагогической деятельности А. У. Зеленко // Исторические персоналии: мотивировка и мотивации поступков: Материалы Всерос. науч. конф. 16–17 дек.2002 г. Санкт-Петербург / Под ред. С. Н. Полторака. СПб.: Нестор, 2002. С. 164–169).
[5] http://kraeham.livejournal.com/16979.html
[6] Институт гражданских инженеров императора Николая I на 1894/95 учебный год. СПб., 1894. С. 23.
[7] http://samaramapsmu.ucoz.com/index/0-121
[8] «Гирька» — фигурная архитектурная деталь, главным образом в виде опрокинутой пирамидки из кирпича или камня. подвешивается на скрытом в кладке железном стержне и служит опорой для двух малых декоративных арочек, обычно расположенных под объединяющей их большой аркой. Гирьки широко использовались в русской архитектуре XVI–XVII вв. в декоре ворот, крылец, оконных проемов.
[9] http://fotki.yandex.ru/users/bordunova2010/view/394564/?page=3
[10] Александра Николаевна Пермякова успешно продолжила дела своего умершего в 1882 г. мужа Ефрема Андреевича, казанского купца, владельца мануфактур. Она посадила сыновей в Нижний Новгород, Москву и Самару. Наиболее ярко проявил себя Сергей Ефремович Пермяков, который стал крупным общественным деятелем. Окончив Казанский университет, он получил диплом юриста и в должности титулярного советника стал работать в Самаре. В 1890 г. был мировым судьей по Самаре, затем и по уезду, с августа 1897 по февраль 1914 г. — гласным Городской думы. Входил в ряд ее комиссий (садовая, училищная, канализационная, театральная, техническая, водопроводная, скотобойная, финансовая), участвовал в проведении трамвайных линий. С 10 февраля 1914 г. в результате выборов занял пост городского головы Самары (http://samara.onfoot.ru/sights/cities/313.html).
[11] Шехтель Федор Осипович (Франц-Альберт) (1859–1926) — российский архитектор, живописец, график, сценограф. Потомок выходцев из Баварии. Учился на архитектурном отделении Московского училища живописи, ваяния и зодчества (МУЖВЗ), перебиваться случайными заработками, с третьего курса был отчислен «за плохую посещаемость». Один из наиболее ярких представителей стиля модерн в русском и европейском зодчестве, считается создателем русского и московского модерна, все направления которого воплотил в своих сооружениях. По его проектам только в Москве возведено более 50 зданий. В 1909–1913 гг. построил в Самаре особняк В. М. Сурошникова (Пионерская ул., 22). Принадлежит к числу крупнейших зодчих рубежа XIX–XX вв. В честь Ф. О. Шехтеля названа малая планета № 3967 «Shekhteliya», открытая 1987 г. сотрудником Крымской астрофизической обсерватории Л. И. Черных.
[12] http://golema.livejournal.com/196873.html; http://samaramapsmu.ucoz.com/index/0-305 (Каркарьян В. Г. Старая Самара: история, дома, люди. Самара, 1998).
[13] Курлин Александр Георгиевич (1870–1914) — сын известного в Самаре купца Георгия Ивановича Курлина, самарский купец-хлеботорговец 1-й гильдии, миллионер, выпускник Московского университета, потомственный почетный гражданин, гласный Городской думы (1897–1900), председатель Биржевого комитета, член Совета Общества взаимного кредита, товарищ (заместитель) председателя Фотографического общества. Активно занимался благотворительностью: попечитель детских приютов, городского 6-классного училища, училища для слепых детей, Коммерческого училища. Во многом на деньги А. Г. Курлина и по его инициативе было построено здание Коммерческого училища (ныне здание Самарского государственного архитектурно-строительного университета). В 1908 г. признан недееспособным как душевнобольной, оставил все должности, его опекуном стала супруга. Спустя шесть лет скончался в возрасте 43 лет от паралича сердца. Погребен на кладбище женского Иверского монастыря. Потомки по линии Ивана, старшего сына Г. И. Курлина, до сих пор живут в Москве, Англии и Австралии (http://chronograph.livejournal.com/147341.html).
[14] Курлина Александра Павловна (урожд. Журавлева, 1876–1973) — самарская купчиха, приемная дочь купца Павла Михайловича Журавлева, супруга (с 1893 г.) А. Г. Курлина. После 1918 г., лишенная в Самаре недвижимости, уехала в Москву, где более полувека проживала в коммунальной квартире на ул. Мясковского у ресторана «Прага»; в Самару уже никогда не возвращалась. Перед смертью отдала своей соседке по коммунальной квартире (дочери последнего губернатора Одессы) личную печать своего мужа из горного хрусталя — все, что осталось у нее от прежней жизни — с просьбой отправить ее в Самару. В 1990 г. этот предмет был передан в дар самарскому музею. Похоронена в Москве на Востряковском кладбище (http://ru.wikipedia.org/wiki/Курлина,_Александра_Павловна, http://chronograph.livejournal.com/147341.html).
[15] http://kraeham.livejournal.com/16979.html
[16] http://ru.wikipedia.org/wiki/Храм_Пресвятого_Сердца_Иисуса_(Самара).
[17] А. Г. Курлин получил из Городской управы план на постройку дома 10 апреля и 16 июля 1902 г. Вероятно, прошение на постройку дома было подано им в 1902 г., когда А. У. Зеленко уже не работал в Самаре. Таким образом, проект мог быть выполнен Зеленко в период его работы в мастерской Ф. О. Шехтеля в Москве, то есть он мог быть хорошо знаком со строившимся домом С. П. Рябушинского. К сожалению, проект А. У. Зеленко не сохранился (http://arch-heritage.livejournal.com/578167.html (Самара. Особняк А. П. Курлиной)).
[18] http://www.sgubern.ru/journal/article.php?AID=2758 (Самара, губерния и ее архитекторы. «Городовые» архитекторы); http://ru.wikipedia.org/wiki/Особняк_Курлиной; http://arch-heritage.livejournal.com/578167.html (Самара. Особняк А. П. Курлиной).
[19] Выбрано и подсчитано нами по: http://www.sgubern.ru/journal/article.php?AID=2758 (Самара, губерния и ее архитекторы. «Городовые» архитекторы).
[20] Павильоны русского отдела Выставки были построены в т. н. новом русском стиле по проекту Ф. О. Шехтеля, использовавшего мотивы деревянных шатровых церквей, теремов, крестьянских хозяйственных построек Русского Севера. Выполненные в дереве в виде срубов или обшитые тесом и ярко окрашенные, они все вместе представляли романтическую картину русского патриархального быта.
[21] Фомин Иван Александрович(1872–1936) — русский и советский архитектор. Учился в Академии художеств по классу Л. Н. Бенуа. В 1896 г. был исключен из Академии по политическим мотивам, продолжил обучение в Париже и через год в Москве сдал экзамен на право заниматься архитектурной практикой. Начав работу в стиле модерн, в начале 1910-x гг. стал ведущим мастером петербургской неоклассической школы.  В 1919–1921 — фактически первый главный архитектор города в Петрограде (руководитель архитектурной мастерской «Бюро по урегулированию плана Петрограда» при Петроградском совнархозе). В 1920-е гг. разрабатывал теорию и практику «пролетарской классики». Стал одним из основателей сталинской архитектуры. Отец архитектора Игоря Ивановича Фомина (1904–1989).
[22] В 1902 г. архитектор И. А. Фомин организовал в Москве Первые Женские строительные курсы. В Петербурге в 1904 г. тоже открылись Женские строительные курсы В. Ф. Романовой с программой, аналогичной программе ИГИ, но с более подробным изучением художественных предметов.
[23] Мейснер Александр Фелицианович (1859–1935) — известный московский архитектор, работавший преимущественно в стиле модерн. Окончил Московское училище живописи, ваяния и зодчества (МУЖВЗ) в 1883 г. Работал помощником на постройке Исторического музея и Клинического городка на Девичьем Поле, архитектором Лазаревского института и Коронационного убежища в Сокольниках. С 1894 г. — участковый архитектор Пречистенской части и 1-го участка Арбатской части, с середины 1890-х гг. — домашний архитектор Шереметевых, для которых проектировал доходные дома. Активно работал до конца 1920-х гг. Брат архитектора И. Ф. Мейснера, окончившего МУЖВЗ в 1881 г.
[24] http://forum.citywalls.ru/topic401-page3.html (Архитектурный сайт Санкт-Петербурга).
[25] Шлегер Луиза Карловна (1863–1942) — педагог, специалист по дошкольному воспитанию и начальному обучению. В 1905 г. организовала первый в Москве народный детский сад, затем городское училище по специальной программе, где занятия наряду с учителями-профессионалами вели студенты Московского университета и Петровской сельскохозяйственной академии. Открыла начальную школу, оформленную, чтобы обойти запреты властей, как «частная школу госпожи Адлер», где обучение велось по экспериментальной программе, составленной вместе с А. У. Зеленко. Привлекла С. Т. Шацкого к участию в создании Московского общества «Сеттльмент». После его закрытия стала бессменным сотрудником Шацкого в руководстве московским филиалом Общества «Детский труд и отдых» (после октября 1917 г. — Первая опытная станция по народному образованию).
[26] Марфельд Роберт Робертович (1852–1921) — крупный архитектор-строитель общественных зданий, представитель «кирпичного стиля» и модерна. Академик архитектуры (1887), специалист и автор ряда научных трудов по строительной экономике и законодательству, общественный деятель, педагог. С 1894 г. преподавал в Академии художеств, в 1900-х гг. — в ИГИ. Член Общества попечения о бесприютных детях.
Родился в Германии. Обучался в Политехникуме в Карлсруэ (Германия) и Строительной академии в Вене (Австро-Венгрия). Аттестован АХ в 1883 г. Служил в ТСК МВД, затем был архитектором Академии наук, архитектором на Охтинском пороховом заводе в Петербурге. С 1894 г. — архитектор Министерства внутренних дел, с 1896 г. — Министерства народного просвещения. Проектировал и строил учебные заведения, церкви и другие общественные здания в Петербурге, Борках Харьковской губ., Александровке Екатеринославской губ., Калягине Тверской губ., Сибири (Томск, Иркутск), Грузии (Баку, Мира, Батуми, Поти).
В Петербурге возвел здание Музея антропологии и этнографии (1886, Таможенный пер., 1), перестроил южный пакгауз Биржи (1894–1897, 1910–1915, Университетская наб., 1; ныне Зоологический музей Академии наук); построил в «кирпичном стиле» корпуса Электротехнического института (бывш. ЛЭТИ им. В. И. Ульянова-Ленина) (1899–1901, Инструментальная ул., 4; ул. Профессора Попова, 5в), в стиле модерн — здания Попечительства Императорского человеколюбивого общества для сбора пожертвований на ремесленное образование бедных детей (1903–1905, ул. Егорова, 26), Мариинского детского приюта (вел. кн. Марии Николаевны) (1905–1906, Ждановская ул., 8 / Ждановская наб., 21), богадельни Белосельских-Белозерских (1910–1912, пр. Динамо, 14). Последняя работа архитектора — проект здания Библиотеки Академии наук (1913–1914, Биржевая линия ВО, 1; завершено в 1924–1925 гг., арх. Р. А. Берзен, Я. Я. Кетчер). Р. Р. Марфельд автор двух обелисков — памятников рабочим Охтинского порохового завода, погибшим при взрыве (1890), и жертвам взрыва на даче П. А. Столыпина (1907–1908, Аптекарская наб., 6б).
[27] Второв Николай Александрович (1866–1918) — русский промышленник, банкир, за деловую хватку прозванный «русским Морганом». Обладатель самого большого состояния России начала ХХ в. (более 60 млн золотых рублей). После смерти отца с 1911 г. единолично владел Товариществом на паях «А. Ф. Второва сыновья» (крупная торговля в Сибири, свое торговое отделение в Монголии), скупал банки и компании, зарабатывал на военных заказах. Основал первое в стране Российское Общество химической промышленности («Русско-Краска»), первый в России завод «Электросталь» (совместно с предпринимателями А. И. Коноваловым и М. И. Терещенко), первый в России автомобильный московский завод («АМО», ныне Открытое акционерное Московское общество «Завод имени И. А. Лихачева» — АМО ЗИЛ) (совместно с предпринимателями братьями С. П. и С. П. Рябушинскими). Во время Первой мировой войны военные заказы принесли ему сверхприбыли. По оценкам прессы, годовая прибыль в 1916–1917 гг. составляла 100–150 млн рублей. После Октябрьской революции 1917 г. выразил лояльность новой власти. В мае 1918 г. был застрелен при невыясненных обстоятельствах, по одной из версий — побочным сыном из-за личных отношений. Память о Н. А. Второве сохраняется в городе Электросталь Московской области, где ему как основателю города воздвигнут памятник на ул. Корешкова.
[28] Гауди́-и-Корнет Антонио (исп. Antonio Plácido Guillermo Gaudí y Cornet; каталан. (валенс.) Antoni Plàcid Guillem Gaudí i Cornet; 1852–1926) — выдающийся испанский (каталонский) архитектор, автор словно вылепленных руками причудливо фантастических построек, большинство которых возведено в Барселоне. В своем творчестве придерживался идеи: «Декоративность — начало архитектуры». Погиб, попав под трамвай недалеко от храма Святого Семейства, который он достраивал.
[29] Хундертвассер Фриденсрайх (нем. Friedensreich Hundertwasser, наст. имя: Friedrich Stowasser — Фридрих Штовассер; 1928–2000) — австрийский архитектор, график и живописец, создатель оригинальных зданий в «естественном», «экологичном», «биоморфном» стиле. Считал, что нельзя жить в одинаковых домах-коробках: людям от этого плохо. Свою архитектурную концепцию изложил в нескольких манифестах и воплотил во множестве проектов. Его Идеальный дом — это безопасная уютная нора, которую сверху покрывает трава, но нора с множеством окон-глаз. В Новой Зеландии он построил такой дом, на крыше которого, переходящей по бокам в холм, растет трава, ее иногда приходят пощипать бараны. Он считал, что это хоть какая-то компенсация за урон, который индустриальное общество наносит природе. Любимое животное Хундертвассера — улитка с домиком на спине. Как и Гауди́, Хундертвассер широко использовал битую керамическую плитку: делал из нее мозаику, расцвечивающую до этого ровную и тоскливую поверхность. Много работал также над дизайном государственных флагов, монет, почтовых марок. Придуманное им для себя имя — переделка его настоящего имени (Фридрих в переводе на современный немецкий язык — Фриденсрайх) — дословно означает: богат миром.
[30] http://o-moskve.narod.ru/p57.html (Детский сад общества «Сеттлемент»).
[31] http://www.kultura-portal.ru/tree_new/arcproject/third.jsp?bunit_id=103121&rubric_id=1602.
[32] Кондаков Иван Иванович (1875–1940) — русский и советский инженер-архитектор. Окончил ИГИ со званием гражданского инженера (1897). Работал губернским архитектором в Томске (1903–1908). В 1910 г. переехал в Москву, где сотрудничал с А. У. Зеленко, совместно с которым проектировал дома на углу улиц Петровки и Кузнецкий Мост, серию образцовых народных домов, а также здание французского консульства в Милютинском пер. (не осуществлены). Похоронен в колумбарии Новодевичьего кладбища Москвы.
[33] Нечаев-Мальцов Юрий Степанович (1834–1913) — миллионер и меценат, фабрикант, дипломат, владелец стекольных заводов, вице-председатель Общества поощрения художеств, почетный член Императорской Академии художеств (1902) и Московского археологического общества (1908), обер-гофмейстер Двора его величества, тайный советник, с 1897 г. товарищ (заместитель) председателя Комитета по устройству Музея изящных искусств императора Александра III при Московском университете (ныне Государственный музей изобразительных искусств им. А. С. Пушкина). Пожертвовал более 2 млн рублей (из общей стоимости постройки 2,6 млн) на его строительство.
[34] Городской Мазуринский дом — двухэтажное здание Городского дома призрения имени фамилии (семьи) Мазуриных с домовой церковью во имя Св. Анны Пророчицы (ликвидирована в 1919 г.) (арх. А. С. Каминский). Построен в Москве (Котельническая наб., 17) в 1886–1887 г. на средства одного из крупнейших благотворителей России петербургского купца 2-й гильдии Николая Алексеевича Мазурина (1823–1903). В Мазуринском доме призрения было открыто два отделения разных категорий, вместимостью по 50 человек каждое, для женщин из купеческого и мещанского сословий «чисто русского происхождения, православного вероисповедания». Обитатели купеческого отделения проживали в отдельных комнатах, носили собственное платье, имели обед из трех блюд; мещанского отделения — жили в общих палатах, носили форменное платье, их обед был проще. Богадельня на 100 человек стала одним крупнейших заведений такого рода в Москве. В советское время здание надстроено тремя этажами по проекту и под руководством архитектора И. А. Фомина, с которым в самом начале XX в. А. У. Зеленко сотрудничал в организации Первых Женских строительных курсов.
[35] Кельин Федор Викторович (1893–1965) — один из ведущих советских испанистов 1930–1960-х гг. В 1937 г. участвовал в работе второго (проходившего в Испании) Международного конгресса писателей в защиту культуры. Почетный доктор Мадридского университета (1937), вице-президент Советской ассоциации дружбы и культурного сотрудничества со странами Латинской Америки. В годы Великой Отечественной войны и впоследствии редактировал (совм. с С. М. Арконадой) испанское издание журнала «Советская литература».
[36] Орта́ Викто́р (Victor Horta, 1861–1947) — бельгийский архитектор, один из основателей стиля модерн (ар нуво) в архитектуре. Четыре брюссельских дома работы Орта включены в Список объектов всемирного наследия ЮНЕСКО.
[37] Аттик (от гр. attikos: аттический) — небольшая стенка, возведенная над венчающим архитектурное сооружение карнизом. Часто украшается рельефами или надписями.
[38] http://koroleni.livejournal.com/163817.html (koroleni); http://www.peshegrad.ru/articles/devichje-pole (Пешеград — клуб любителей пеших прогулок); http://smi.mpress.ru/eversion/?id=217&ev=7792.
[39] http://www.dkd.ru/design/book/1353/.
[40] http://golema.livejournal.com/42751.html (Мартиролог. Сокольники. Дача Р. В. Пфеффера); http://www.oldmos.ru/photo/view/13170 (Фотографии старой Москвы).
[41] Ладовский Николай Александрович (1881–1941) — советский архитектор, творческий лидер рационализма, педагог. Создатель АСНОВА (1923) и Объединения архитекторов-урбанистов АРУ (1928). В основе творчества лежит принцип изобретения новых, свободных от стилистики предыдущих эпох форм. Разработал планировочную схему «развивающегося города» (1929), рассчитанную на его эволюционный рост и последовательную реконструкцию, т. н. «параболу Ладовского» (город-ракета), предусматривавшую развитие общегородского центра при сохранении его роли в качестве планировочного ядра. Центр развивается по оси параболы, к нему примыкают жилые районы, за которыми размещаются промышленная и зеленая зоны.
[42] Лихтварк Альфред (Lichtwark, 1852–1914) — первый директор (с 1886 г.) Гамбургского художественного музея Кунстхалле (Германия). Один из основателей современного музейного дела и т. н. музейной педагогики. Верил в воспитывающую силу искусства, полагал, что с помощью искусства можно достичь нравственного обновления общества, развивать в подрастающем человеке «эмоциональные силы» — утонченность восприятия, фантазию, интуицию, умение наслаждаться прекрасным, способность к внешнему представлению сложных внутренних переживаний.
[43] http://www.bvahan.com/museologypro/muzeevedenie.asp?li2=3&c_text=12 (Мастеница Е. Н. Детский музей как лейтмотив педагогической деятельности А. У. Зеленко // Исторические персоналии: мотивировка и мотивации поступков: Материалы Всерос. науч. конф. 16–17 дек. 2002 г. Санкт-Петербург / Под ред. С. Н. Полторака. СПб.: Нестор, 2002. С. 164–169); http://history-x.ru/03/08/017_01.htm; http://enc-dic.com/enc_biography/Zelenko-aleksandr-ustinovich-77456.html; http://www.biografija.ru/show_bio.aspx?id=45921; http://ru.wikipedia.org/wiki/Зеленко,_Александр_Устинович; http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_biography/136116/Зеленко.
[44] Шацкая Валентина Николаевна (урожд. Демьянова, 1882–1978) — одна из активных деятелей народного образования и педагогической науки. С 1908 г. жена С. Т. Шацкого. В 1905 г. окончила с Золотой медалью Московскую консерваторию по классу фортепьяно. Педагогическую работу начала в музыкальной школе В. В. Калюжного в 1905 г. и одновременно руководила эстетическим воспитанием в детских учреждениях обществ «Сеттльмент» и «Детский труд и отдых». В 1911 г. вместе с С. Т. Шацким организовала в Калужской губернии на общественные средства летнюю трудовую колонию «Бодрая жизнь». В 1919–1932 гг. вела педагогическую работу на Первой опытной станции по народному образованию Наркомпроса РСФСР. С 1932 г. преподавала музыку в вузах Москвы. С 1944 г. была научным сотрудником в учреждениях Академии педагогических наук РСФСР, в 1947–1962 гг. — директор НИИ художественного воспитания АПН РСФСР. Автор многочисленных работ по эстетическому воспитанию, музыкальному образованию.
 

В. Ю. Жуков,
канд. ист. наук, доцент

Факультеты

  • Факультет инженерной экологии и городского хозяйства
    Факультет инженерной экологии и городского хозяйства
  • Автомобильно-дорожный факультет
    Автомобильно-дорожный факультет
  • Факультет экономики и управления
    Факультет экономики и управления
  • Архитектурный факультет
    Архитектурный факультет
  • Строительный факультет
    Строительный факультет
  • Факультет безотрывных форм обучения
    Факультет безотрывных форм обучения
  • Факультет судебных экспертиз и права в строительстве и на транспорте
    Факультет судебных экспертиз и права в строительстве и на транспорте
Форма обратной связи:
Ваше имя:
Ваш e-mail:
Сообщение:
Введите код с картинки: Обновить картинку

Обновить картинку